Иной раз в полиции хуже не бывает, когда из одного отдела в другой приходит какой-нибудь «тухлый» материал по территориальности. Так и случилось, когда из городского отдел в отдел транспортной полиции пришло заявление Ивана Боброва о том, что месяц назад его обокрали в поезде Кинешма-Москва.
По территориальности – это значит, что заявитель указал место преступления, где принявшие заявление полицейские работать не вправе. Городские, например, работают в городе, а транспортные – на транспорте. На железной дороге, в авиаперевозках и на речном сообщении.
Почему те и другие не любят, когда получают друг от дружки материалы по территориальности? Потому что пока материалы идут из отдела в отдел (особенно из города в город или из региона в регион), вместе с ними идёт и время. В свою очередь «золотое правило» гласит, что любое преступление начинает «темнеть» через три дня. Если и раскрывать преступления, то по горячим следам.
Очередной материал по территориальности «железяки» однажды получили такой: некто Иван Александрович Бобров в прошлом месяце возвращался из Москвы с заработков и его обокрали в московском поезде. Вычистили из карманов, пока он спал, зарплату и документы.
— А на кой ляд стали красть паспорт? — сразу задался вопросом оперативник Щеглов. – Сейчас не те времена, когда по чужим документам возможно оформлять кредиты.
Он позвонил потерпевшему и только было попросил его о встрече, как услышал в трубке:
— Встречаться не буду.
— Но мне необходимо узнать подробности происшествия, — возразил опер потерпевшему. – Если вы не можете приехать для дачи показаний сами, то в таком случае я могу подъехать к вам.
— Узнавай подробности, откуда хочешь. У тебя работа такая. Я не хочу с ментами разговаривать.
И отключился.
Другой бы огорчился, а опер Щеглов повеселел.
— Всё понятно, — сказал он себе и живо запросил у железнодорожников сведения, следовал ли такой-то в такой-то день на таком-то поезде.
Что вы думаете? Конечно, не следовал. И вообще последняя его поездка на поезде состоялась три года назад.
Потом Щеглову осталось лишь побеседовать с соседями Ивана Боброва и услышать от них то, что он ожидал услышать. Бездельник. Хам. Пьянь. Пожилая мать недавно кое-как отправила его работать в Москву, собрала ему в дорогу сумку, а он вместо вокзала отправился к приятелю Толику и завис у него на две недели. Это в доме на соседней улице.
Щеглов сходил к Толику. Дверь была не заперта. Вернее, дверь вообще не запиралась, а стояла в подъезде рядом с дверным проёмом. Так же ставят крышки гроба.
В квартиру пришлось пробираться с гордо поднимаемыми коленями. Иначе было не перешагнуть через завалы хлама.
Толик как раз просыпался, выбираясь из-под навалов тряпья. (Если бы так и спал, Щеглов не догадался бы искать его под завалами).
— Ивана? Боброва? Знаю ли? Знаю. Да, у меня жил. Хороший парень. Документы? Он свои документы потерял. Думали, что здесь, но всё перерыли и не нашли.
В итоге Иван Александрович стал фигурантом уголовного дела за дачу ложного доноса. Он просто хотел выправить новые документы и, как многие другие, полагал, что в случае подачи заявления о краже с него не возьмут штраф, как могли бы взять за утерю.
На суд Бобров не пошёл. Его доставили принудительным приводом. Самым первым делом он нахамил судье: «С ментами, прокурорами и судьями не разговариваю». Ему дали три года лишения свободы.
(Имена и фамилии изменены)
Если вы стали свидетелем какого-то происшествия или сняли на видео какое-то событие и считаете, что об этом должны узнать все, сообщите нам по телефону: 5-45-84 или +7(910)6680341, WhatsApp +7(910)6680341 или по электронной почте m.kozirev@168.ru. Гарантируем анонимность источника согласно законодательству РФ.
