В театре состоится премьера спектакля «Жена улетела… Приглашаю…».
Совсем скоро, 7 апреля, на сцене Кинешемского драматического театра имени А.Н. Островского состоится премьера спектакля «Жена улетела… Приглашаю…». Состоится бенефис актрисы театра Натальи Грошевой. Предлагаем вашему вниманию интервью с бенефицианткой.
— Наталья, во-первых, позвольте Вас поздравить с бенефисом. У Вас две даты – личный юбилей и двадцать пять лет на сцене.
— Спасибо! Очень приятно!
— Расскажите, как вы пришли в театр. Существует несколько вариантов. Например, актерские династии. Или человек, далекий от театра, получает откуда-то извне толчок, «заболевает» театром…
-…Нет, у меня третий вариант. Я всю жизнь, с детства, сколько себя помню, танцевала. И ни о чем другом не мечтала, кроме как о хореографии и хореографическом училище. Мама меня отдала в танцевальный кружок при Дворце культуры. Это другие девочки мечтают стать актрисами, а я – никогда. Хотя мама поначалу была против, говорила: «Переломаешь руки-ноги, что будешь тогда делать?». Она мечтала, чтобы я была филологом. Я же с детства, с четырех лет читаю. А я кроме как о хореографии и думать ни о чем не хотела. После школы поступила в культпросветучилище на хореографическое отделение. После его окончания меня взяли в дом культуры руководителем танцевального детского ансамбля.
— А откуда Вы родом?
— Родилась в Караганде. Это Казахстан. Жила и училась в Джезказгане, после замужества переехала в Актюбинск. Муж мой был курсантом военного летного училища, а я при клубе этого училища организовала ансамбль. Там танцевали курсанты и девушки, как тогда говорили, «с гражданки». Выступали хорошо. Нас стали приглашать на зональные и республиканские конкурсы, на которых мы завоевывали первые места, и так несколько лет.
— Подождите, а как же драматический театр?
— На одну из репетиций нашего ансамбля ко мне пришла женщина, главный режиссер Актюбинского русского драматического театра. Сказала, что слышала обо мне и пригласила работать балетмейстером в театре. Конечно, на первых порах мне далеко не все было понятно. Непонятно и трудно. Ставили спектакль втроем – режиссер, художник, хореограф. Режиссер объяснял, чего он хочет сказать тем или другим танцем в спектакле. Я должна была создать не нарушающий сюжет танец. Чтобы во все вникнуть, я сидела на всех репетициях и наблюдала за игрой актеров. Дальше – больше. Татьяна Владимировна Лукомская (режиссер) говорит: «Наталья, тебе надо быть актрисой. Пятьдесят процентов составляющей успеха у тебя уже есть – это фактура, пластика. А остальные пятьдесят – мастерство актера и прочее, мы доберем». Она как раз набирала студию, куда попала и я. Занимались в единственный выходной – по понедельникам. Так я попала на сцену. Сначала в массовку, потом на эпизодические роли, а потом… Потом я играла первую серьезную большую роль – Рашель в «Вассе Железновой» Горького. После этого стала получать большие хорошие роли, набираться опыта.
— Понятно. А как же Вы оказались в Кинешме?
— В 1998-99 годах, когда по всем бывшим республикам Советского Союза прокатился кризис, нам перестали выплачивать зарплату. Стала подумывать о том, чтобы уйти в другой театр. Аким (губернатор) Актюбинской области сказал тогда: «Меня не интересует театр, надо поднимать экономику». А мы не получали зарплату два года! Танцевали по ночам, чтобы элементарно прокормить семью. Вертелись, кто как мог. И в конце концов решились. Это был крупный инцидент. Мы, шесть актеров театра, объявили голодовку. Закрылись в двух комнатах, в одной из которых жили, а другая – санузел. Никого не пускали. Не ели шесть дней. Нам угрожали. Сначала уговаривали по-хорошему, потом по-плохому. Говорили, что на нас пустят ОМОН, что нас силой оттуда вытащат. Со второго дня к нам приезжали врачи, измеряли давление, взвешивали. Мы страшно худели. К тому же мне нельзя было голодать из-за перенесенной операции на кишечнике. Но другого выхода я для себя не видела. Приходили корреспонденты, нашу акцию освещали средства массовой информации. Некоторые думали, что мы потихоньку едим. Но мы голодали честно. Нам только воду друзья приносили и в окно передавали. На седьмой день пришли власти, они были очень злые, и сказали: «Вот ваша зарплата, забирайте и выметайтесь отсюда!». Но это была зарплата только нам, шестерым, а мы ставили условие, чтобы выдали зарплату всем работникам театра, от вахтера до директора. И еще два дня голодали. В результате зарплату выдали всем. И каждый из нас нашел «свой» театр. Меня пригласил Павлодарский областной театр имени А.П. Чехова. Город оказался очень театральным. Считалось плохим тоном не ходить в театр. Здесь я сыграла много интересных ролей. Считалась ведущей актрисой. Параллельно поступила в Екатеринбургский театральный институт заочно.
Затем я один год играла в Тольятти в театре «Колесо». Но не понравился ни сам город, ни театр. Надо было менять гражданство. А в России к тому времени у меня жили отец и сын. Сын жил тогда в Кинешме. Про Кинешемский театр я знала, еще не имея российского гражданства. В театр меня взял Юрий Яковлевич Резниченко, Царствие ему Небесное. До сих пор его вспоминаю. Это было в 2007 году.
— То есть вы уже почти десять лет здесь?
— Да, осенью будет десять. Меня здесь хорошо приняли. В театре уже работала коллега из Актюбинска Алина Бурнаевская. Единственное, к чему долго не могла привыкнуть, это к тому, что живу в маленьком городе. Сейчас уже привыкла. Коллектив принял меня сразу, такое в театрах очень редко бывает. Подружились. Оказалось несколько человек из Казахстана. Года два у меня была апатия. В больших городах одну роль играешь и пять, и десять лет. А здесь спектакли быстро исчезают, нужны новые, зрителей мало.
— Про недостатки понятно. А что Вам нравится?
— Нравится, что часто ездим на гастроли. За несколько лет побывали во многих городах России. Большое спасибо директору театра Наталье Викторовне Сурковой. Она хороший организатор, умеет находить общий язык с руководством других театров.
— В Казахстане не ездили по гастролям?
— Ездили, но очень мало. Гастроли были совсем небольшие, чаще зрителей к нам в театр привозили.
— Какие у Вас в нашем театре любимые роли?
— Ксения в спектакле по Островскому «Не от мира сего», Душа Моцарта в спектакле «Моцарт и Сальери». Отдельное спасибо хочу сказать Роману Зарееву за то, что репетиции проходили интересно, творчески. Я получала удовольствие. Флерова во «Вдовьем пароходе», жена в «Пизанской башне». Очень люблю спектакль «Юнона и Авось», хотя я там занята только в массовке. Люблю сказку «Чудеса добра». В нем я играю Кикимору.
— Каких авторов любите?
— Люблю Чехова, и прозу, и драматургию; Булгакова, Куприна, Тургенева, Льва Толстого и Алексея Николаевича Толстого, из зарубежных авторов – Фолкнера, Ремарка, Драйзера.
— Что хотелось бы сыграть, какие роли?
— Уже не сыграю, но очень хотела сыграть Варю в «Вишневом саде» Чехова. Из того, что могу и хочу — леди Макбет, леди Капулетти в «Ромео и Джульетте». В Павлодаре играла Монтекки. Но больше меня привлекала Капулетти. Гертруду в «Гамлете».
— Что бы вы хотели сказать в финале нашей беседы?
— Спасибо зрителям. В Кинешме очень благодарный, искренний и сопереживающий зритель, любящий театр и актеров. Театру – процветания и хороших спонсоров. Побольше спектаклей и побольше премьер!
Интервью провел руководитель литературно-драматургической частью Кинешемского драматического театра имени А.Н. Островского Александр Воронов.
