Вот уже 10 лет как она живёт в Кинешме и ни разу не видела Волгу. Впереди ещё 4 года заключения в исправительной колонии. Сегодня мы познакомимся с той русской женщиной, про которую в первой же строчке описательной части приговора сказано, что она, являясь сторонником радикально-экстремистских взглядов в исламе, совершила приготовление к террористическому акту. Вместе с двумя такими же подругами.
Первый взгляд
Июльский день. На улице палит солнце, а я — в железобетонной прохладе контрольно-пропускного пункта кинешемской женской колонии №3. Сдаю всё, что ни есть при себе, а оставить мне разрешают лишь блокнот и ручку. Просвечивают металлоискателем даже подошвы ботинок.
Сегодня на территории зоны встречаюсь с той, для которой это уже десятое лето здесь. Впереди ещё четыре лета. Про неё не скажешь, что ей повезло жить в городе на Волге. Осужденные колонии не бегают купаться.
Жду, что увижу женщину, на лице которой морщинами будет написано: «10 лет заключения дались мне как все 100».
Но вот она – тихая, хрупкая, белолицая. Сохранившая почти юную красоту. Осудили-то её в 21 год.
За что осудили? За подготовку теракта в торговом центре. Дело было в 2016 году.
Годом раньше она была осуждена за возбуждение ненависти по религиозным мотивам. Выставляла в интернете экстремистские ролики.
Вяжется ли это с пригожим видом? Не вяжется. Но в этом-то, например, и сложность для оперативников — сумей-ка вычислить потенциальную террористку, когда с виду, как говорится, одна «милота», а в характере соседствуют и не конфликтуют между собой диаметрально противоположные черты.
Чтобы сразу понимать
Впрочем, не станем говорить о Татьяне Карпенко как о злодейке в настоящем времени. Сегодня она сожалеет, что вообще связалась с теми людьми, с которыми связалась.
Мы беседовали с нею не один час. Она и сама потом сказала:
— Спасибо, такие беседы вообще случаются очень редко. Тем более с людьми не просто с «воли», а со взглядами совершенно другого ракурса. Эта беседа является для меня какой-то такой цепочкой в саморазвитии и работе над собой.
Разумеется, всю беседу не удастся уместить в статью. Будут лишь отрывки. Но сначала краткая справка: в своё время моя собеседница, будучи ростовской студенткой университета, приняла ислам, потом вышла замуж за жителя Ингушетии, родила от него дочь, поссорилась с ним, покинула его и нашла себя в компании двух других русских девушек, принявших ислам. Муж одной из них входил в незаконное вооружённое формирование на территории Дагестана и был ликвидирован силами спецслужб. Из судебных материалов возможно узнать, что вместе девушки увлеклись радикальными толками, обзавелись взрывчаткой и готовились устроить самоподрыв в одном из торговых центров при максимальном скоплении посетителей. Но не успели. Их задержали.
«Я бы хотела пойти в спорт»
— Кем себя видели в детстве? Кем хотели стать?
— С выбором профессии всегда были проблемы. Поэтому изначально была неизвестность. А так, как и всех детей, меня интересовали танцы, спорт, школа, какие-то вообще беспечные игры.
— Какой именно спорт?
— Гандбол. Ох, это прямо любимый вид спорта.
— И сколько вы им занимались?
— С седьмого класса, но перед выпускными экзаменами пришлось оставить. Родители считали, что учёба даст больше перспектив, чем спортивная карьера. А гандбол — это так, увлечение и всё.
— Но для вас это было больше чем увлечение?
— Больше. Я бы хотела пойти в спорт. Ну, случилось так, как случилось.
— И дальше вы пошли учиться в университет. На какую специальность?
— Приборостроение. Донской государственный технический университет. Мне нравилось. Я поняла, что это моё. Училась до последнего курса, пока меня не посадили.
— Интересное сочетание. С одной стороны гандбол – энергичная и отчасти агрессивная игра. С другой – технические науки, требующие усидчивости и кропотливости. Что ещё вас увлекало?
— Русский рок.
— Тоже интересно. Как русский рок ужился в вас вместе с исламом?
— Он никак не ужился. После принятия ислама отошёл на задний план.
«Человек я любознательный»
— Как вы пришли в ислам? Это были напряжённые поиски какого-то религиозного учения? До ислама вы были воцерковлённой девушкой?
— Не была. Посещала в детстве церковь с родителями, но не более того. А в ислам пришла уже студенткой, увидев в интернете ролики. Они меня заинтересовали, потому что человек я любознательный. Через полгода вышла замуж…
— То есть сначала принятие ислама, а только потом вышли замуж за мусульманина?
— Именно так. Не наоборот.
— Что казалось интереснее? Смотреть интернет-ролики или читать Коран?
— И то, и другое, потому что на тот момент не было осознания, что интернет — это всё-таки такая общая свалка, где может быть абсолютно всё-всё-всё что угодно. Здесь, конечно, нужно проверять источники, но я доверяла интернету больше, чем следовало.
— Сейчас, по прошествии 10 лет, что вы сказали бы себе молодой, будь такая возможность? Погрозили бы пальцем: не смотри вот это, берегись вот этого?
— Да, однозначно. Я сказала бы, что нужно быть очень аккуратной в выборе людей, с которыми хочешь общаться, а также в выборе информации в интернете. У меня было слишком велико доверие к людям и к интернету.
— Если перенестись в то время, вы стали бы поддерживать отношения с теми девушками?
— Нет, конечно. Есть люди, которых бы, естественно, вычеркнула.
Будет учиться у дочери
— Сколько вам было лет, когда вас задержали?
— В декабре 2015-го исполнился 21 год, а в январе 2016-го меня задержали. Сейчас мне 31 год.
— И освободитесь вы, когда вам будет 35. Чем планируете заниматься?
— Плотно об этом не думала, так как впереди ещё годы. Но у меня есть дочь, а это в любом случае человек, с которым мне придётся, возможно, по новой знакомиться. Она уже будет юной девушкой. И второе — это искать работу и как-то вставать на ноги.
— Какую работу искать?
— Хочется, конечно, на швейное производство. Правда, я даже не знаю, что там, какие сейчас востребованности. И опять же — я буду с судимостью.
— С кем сейчас ваша дочь?
— Она с родителями мужа… Точнее, с родителями своего отца. В Ингушетии.
— Чему вы намерены её научить?
— Вероятно, получится наоборот. Это мне будет необходимо учиться у неё чему-то новому. Навёрстывать.
— Сколько ей сейчас?
— Получается, 11.
Два урока
— Что было в ваших силах исправить в то время?
— После первого приговора по 282-й статье, когда дали 7 месяцев колонии-поселения, мне следовало стать во всём осторожной. Тот приговор мне следовало воспринять как урок. Нужно было прекратить руководствоваться эмоциями, вернуться к отцу ребёнка, сохранить семью. Тогда и родные были бы спокойны, и семья была бы цела. Ребёнок рос бы с мамой и папой.
— А чему научил новый приговор?
— Это тоже такой хороший урок. Здесь я поняла и понимаю, сколько ценного всего упущено, сколько времени потеряно. Охота ценить каждый день, проводить больше времени с родными и не тратить его, время, впустую.
— Как по общим ощущениям прошли для вас эти 10 лет?
— Они пролетели.
— Пролетели?
— Да, здесь всё по расписанию и ты, не знаю… как робот. 10 лет пролетели.
«Самые мерзкие люди»
— Что вы посоветовали бы принявшим ислам русским девушкам, как обезопасить себя от радикалов?
— Наверное, нужно смотреть, в первую очередь, на действия. Если под какими-то религиозными формулировками тебя просят куда-то съездить, что-то перевезти, то уже только это может навести на подозрения о чём-то противоправном. Ну и не обрывать связи с родственниками и прежними друзьями, какую бы религию они ни исповедовали. Не уходить по чьему-то настоянию с работы, не бросать учёбу, работать над собой. Это, наверное, фундамент. Такие советы возможно подойдут для противостояния любой преступной группировке, а иначе станешь чьей-то марионеткой, независимо от веры и убеждений.
— Есть какие-то слова, которыми оперируют исключительно радикалы?
— Отдельных слов нет. Даже арабское «джихад» в исламе не содержит чего-то негативного. Но нужно следить, в каком контексте и с какой интонацией произносят те или иные люди, чтобы понимать какой смысл вкладывают они в то или иное слово. Здесь не нужно обладать особенными знаниями, чтобы почувствовать агрессию или пренебрежение к кому-то.
— Каким бы одним словом вы назвали девушек, которые поддаются влиянию радикалов? Дурочки – слишком грубо?
— Знаете, на самом деле, самые мерзкие люди — это те, кто прибегает ко всем этим методам при помощи девушек и женщин. Женщины ведь податливые, ведомые.
— В чём заключалась в своё время ваша слабость?
— Мозгов бы побольше. Так бы доучилась, нашла работу и жила бы с семьёй. Этот фундамент я сохраняла бы в стабильности, будь у меня тогда побольше мозгов.
Пара цитат из 30-страничного документа
Напоследок вашему вниманию несколько цитат из приговора:
«С момента совместного проживания, склоняя путём убеждения Романову (фамилия изменена – прим. М.Ж.) к совершению террористического акта, Карпенко демострировала ей на мобильном телефоне видеоролики религиозно-экстремистского содержания, настаивала на изучении ею лекций одного из проповедников и членов незаконного вооружённого формирования (далее – НВФ) о женском «джихаде», а также всячески восхваляла и одобряла деятельность мужа Романовой, являвшегося членом НВФ на территории республики Дагестан.
Кроме того, Карпенко неоднократно обсуждала с Шустовой (фамилия изменена – прим. М.Ж.) и Романовой обстоятельства планируемого террористического акта, который они намеревались совершить путём самоподрыва одной из них в одном из крупных торговых центров города Ростов-на-Дону с большим количеством одновременного пребывания людей».
«При этом, зная о том, что Романова находится на позднем сроке беременности, опасаясь потерять над ней контроль, в том числе, в случае возможного отъезда к родителям, Карпенко убедила её не обращаться за медицинской помощью и рожать в домашних условиях.
Примерно 10-12 января 2016 года Карпенко, действуя в рамках согласованного с Романовой и Шустовой приготовления к террористическому акту, у неустановленных следствием лиц незаконно приобрела взрывчатое вещество массой 911,6 гр. и 2 электродетонатора…»
И так далее на 30 страницах документа.
Как видите, наша сегодняшняя собеседница не тот человек, про которого можно сказать: «Простая, как пять копеек». Но можно сказать: «Такую бы энергию да в мирное русло». Поэтому охота верить, что Татьяна Карпенко совершенно искренна в своих словах о том, что усвоила оба урока с судимостями.
Остаётся пожелать ей в будущем семейного счастья, о котором она мечтает. Опять же охота верить, что мечтает искренне.
Если вы стали свидетелем какого-то происшествия или сняли на видео какое-то событие и считаете, что об этом должны узнать все, сообщите нам по телефону: 5-45-84 или +7(910)6680341, WhatsApp +7(910)6680341 или по электронной почте m.kozirev@168.ru. Гарантируем анонимность источника согласно законодательству РФ.
