С 31 июля по 2 августа в Наволоках на веранде обычного частного дома проходила выставка художника, который видит твоими глазами. Либо ты видишь его глазами. Смотришь, к примеру, на его городские пейзажи и думаешь: «О, это двор из моего детства. А это моя улица. Это моё и это моё». И пусть ты не из Наволок, но всё равно тебя пронзают образы родного. Сам художник Александр Нечаев признался на выставке: «В разных уголках страны люди говорят: «Это же мой Барнаул!» «Это же мой Череповец!» И так далее.
Наволоки-Москва-Наволоки
Полтора десятилетия Александр Нечаев (творческий псевдоним Ниггль) жил и создавал свои полотна в Москве. Про него российские издания так и писали – «художник из Москвы». Но в прошлом году он ушёл на пенсию «по вредности» (работал на оборонном предприятии ведущим специалистом) и вернулся жить в родные Наволоки.
Здесь он в 1965 году родился, здесь работал на ткацком комбинате мастером и здесь же в 35 лет всерьёз занялся живописью. С нуля. Без специального образования. Вдруг.
До того, как взять кисть, Александр Николаевич лишь вынашивал в голове образы. Наблюдал и думал: «Вот был бы я художником, то обязательно бы это написал».
А сейчас он говорит:
— Если честно, то создавать произведение искусства — адское дело. Какие только черти не появляются… Зато со стороны, наверное, кажется, что всё легко и просто. Те картины, которые, как мне кажется, у меня получились, стали выражением катарсиса. Все они мой личностный духовный дневник по жизни.
По мотивам Паустовского
Так вот, в прошлом году Александр Нечаев вернулся жить и творить в Наволоки.
— Мечтал уйти на льготную пенсию ещё в 2020 году, но пенсионная реформа всё сломала. Мечтал тогда заняться одной живописью. Получается, лето 2026 года – первое свободное лето в моей жизни.
Вот и выставка у Александра Николаевича стала в полном смысле слова летней. Какие-то картины висели на веранде, какие-то на ограждении крыльца, а серия, посвящённая Паустовскому, расположилась на заборе палисадника.
— Наволоки упоминаются в мировой литературе только у Константина Паустовского в рассказе «Дождливый рассвет», — поделился художник с гостями. – Почему я говорю «мировая литература? Потому что в 1965 году Паустовскому едва не дали Нобелевскую премию. Её дали тогда Шолохову. Да и потом Паустовский выдвигался первым номером два-три раза. О Наволоках в «Дождливом рассвете» речь идёт с первого предложения: «В Наволоки пароход пришёл ночью. Майор Кузьмин вышел на палубу. Моросил дождь. На пристани было пусто, – горел только один фонарь».
Одна гостья, слушая художника, произнесла:
— Не понимаю только, что за местность описана в начале рассказа.
— Краеведы выяснили, что в районе современного пляжа стояло несколько улиц Заречных, — заметил Александр Николаевич. — Когда в 1950-х годах поднимали уровень Волги, их затопило. Там же шла, кстати, вдоль Волги брусчатка. Она шла практически до Кинешмы.
На одной из картин серии изображена вечерняя комната с зажжённым над столом абажуром. Абажур светится на полотне в буквальном смысле слова.
Эта картины висела на заборе под прямыми лучами солнца, но свет от абажура казался ярче солнечного.
Сапожник без сапог, художник без оригинала
Главное собрание картин висело на веранде. В центре — «Образ Родины в моём сердце». Несколько гротескная картина, снискавшая широкую популярность в интернете. На ней ужились панельная пятиэтажка, столетний частный дом, допотопные сараи, коза, раскисшая осенняя дорога и наволокский храм Успения Пресвятой Богородицы. Тут и вопиющая бедность, и бесхозяйственность, и скука, но всё это наполнено такой нежностью, что язык не повернётся сказать: «Чернуха».
Рядом с «Образом Родины» расположился знаменитый «Авиатор». На этой картине заснеженный двор с типовыми двухэтажными домами, которые строили во множестве городов пленные немцы, чёрные сараи, а на переднем плане стоит мальчик шапке с завязками. В руках он держит игрушечный самолётик.
Чего бы такого, да? Но картина пронзительная. Александр Николаевич признаётся, что написал уже более 20 её копий. Люди с разных концов страны заказывают «Авиатора» уже 10 лет подряд.
— Расскажу по секрету. Я написал её осенью 2016 года, и едва успел разместить в интернете, как пошёл шквал отзывов. Вскоре со мной связалась издалека одна женщина и рассказала: «Мы с сестрой ревём вторую неделю. Мальчик на картине в точности наш брат. Он умер в таком же возрасте». На эмоциях я тогда продал им оригинал, а для себя уже пришлось повторять.
Вообще что ни картина у Александра Нечаева, то отдельная история. Как запечатлённая на полотне, так и связанная с самим полотном.
«168 часов» желают Александру Николаевичу здоровья. Чтобы творил и творил.
Если вы стали свидетелем какого-то происшествия или сняли на видео какое-то событие и считаете, что об этом должны узнать все, сообщите об этом в редакцию еженедельника «168 часов» и сайта «168.ru» по телефону: 5-45-84 или +7(910)6680341, WhatsApp +7(910)6680341 или по электронной почте m.kozirev@168.ru. Гарантируем анонимность источника согласно законодательству РФ.
