Вы никогда не думали, что непрямой массаж сердца во время клинической смерти, это не только волнительно для реаниматолога, но и тяжело физически? Бывает, что с врача льётся градом пот, когда он возвращает к жизни бездыханного пациента. Сегодня мы поговорим об этом и далеко не только об этом с анестезиологом-реаниматологом «Кинешемской ЦРБ» Батыром Амановым. Разговор будет насыщенным, обещаем. В том числе и про любовь Батыра Худайбердиевича к русским песням.
— Откуда вы родом и где так чисто овладели русским языком?
— Я из Туркменистана. Родился в городе Ёлётен Марыйской области. Русским языком владею с детства. Учился в школе, где преподавание велось на русском языке. В моём классе из 28 учеников только 5 были туркмены. Остальные – русские, украинцы, армяне, азербайджанцы, татары, таджики, узбеки… При этом в нашем классе ни разу не произошло ни единой стычки из-за чьего-то происхождения. Наоборот, насмотрелись тогда «Бригаду», которую показывали по телевизору, и ходили вместе драться с другими классами из других школ.
— А что вдохновило пойти в медицину? Или кто?
— Вдохновили родители. Мама у меня акушер-гинеколог, а папа хирург, занявший потом в городской больнице административную должность. Что говорить, если любимой игрой у меня с моими двумя сёстрами и братом было ставить куклам уколы.
— И вы сразу после школы…
— Не сразу. После школы поступал в медицинский колледж города Мары, но не поступил, так как в стране в это время ввели новое правило – ты должен сначала 2 года отработать в больнице санитаром, а затем уже иметь право на медицинское образование.
— Находите ли вы такой порядок справедливым?
— Конечно. Человеку необходимо окунуться в ту среду, которой он потом намерен посвятить себя. 2 года я работал санитаром в реанимации и про меня шептались: «Смотри-ка, сын заместителя главного врача — обычный санитар». Мы кормили больных, проводили их санитарную обработку, мыли полы,а ещё, там я научился пеленать младенцев. И ни один потом не раздумал идти в медицину.
— Значит, вы отработали санитаром 2 года, и только затем уже поступили в мед?
— Не поступил. Если честно, то завалил химию. Как раз наступило призывное время, и следующие 2 года я служил в армии, в отдельном батальоне химической разведки. После первых шести месяцев службы меня поставили санинструктором. Оказывал медицинскую помощь сослуживцам, в том числе при тепловых ударах. Жара в Туркменистане такая, что до 5 часов вечера солдатам полагалось оставаться внутри расположения.
— Но уже после армии…
— Пытался поступить в Туркменский государственный медицинский институт и снова не поступил. Чтобы не терять время, пошёл на годичные курсы бухгалтерского учёта. Уже после них отец как-то раз позвал меня к себе в кабинет и показал газету «Нейтральный Туркменистан», в которой на 6 и 7 страницах значился перечень российских учебных заведений, в которые возможно было поступить по программе обмена студентами. Ничего, связанного с медициной я не нашёл, но выбрал «Плёсский аграрный колледж». Поехал в Россию, поступил в этот колледж и 4 года проучился на сельскохозяйственного механизатора. А однажды оказался на студенческом художественном конкурсе в Иванове, этот конкурс проходил рядом с Ивановской медицинской академией, я увидел её здание, узнал, что она существует, и в тот же год поступил на лечебное дело. В 2023 году закончил ординатору по специальности анестезиолог-реаниматолог, мои старшие друзья по учёбе посоветовали мне «Кинешемскую ЦРБ» и вот я здесь до сих пор и уезжать никуда дальше не собираюсь.
— По специальности вы работаете в травматологическом и хирургическом отделениях, а ещё дежурным врачом в инфекционном отделении. Это совмещение по необходимости или по своему желанию?
— Пару раз из-за нехватки персонала выходил на подмену и за эти смены мне пришлись по душе и коллектив инфекционного отделения, и сама работа. К тому же и в инфекционном иногда требуется помощь реаниматолога. Однажды, например, меня вызвали, когда у пациента здесь произошла остановка сердца. На сердечно-лёгочную реанимацию тогда ушло 22 минуты. Мужчина был спасён. Но вообще работать мне приходится не только в перечисленных вами отделениях. Помню, прихожу как-то утром на смену 9 мая, завариваю в ординаторской кофе, включаю Парад Победы, и в это время меня срочно вызывают в роддом на кесарево сечение. После этого спешу на операцию в травматологию, потом в хирургию, потом в неврологию, потом опять в хирургию… В итоге вернулся к своему кофе в 8 вечера.
— Вы сказали о 22 минутах реанимации. Скажите, тяжело ли физически делать столько времени непрямой массаж сердца?
— Тяжело. У каждого человека своя упругость грудной клетки. К тому же во время массажа ты еще должен крутить в голове время с момента инъекции адреналина, следить за монитором и сатурацией и прочее-прочее. Однажды ко мне поступили подряд два тяжёлых пациента. С меня падал пот, когда я делал им массаж сердца.
— Но в фильмах показывают, как сердца запускают при помощи разряда электричества…
— Это в фильмах. В них на мониторах отображается в виде прямой линии асистолия (полная остановка сердца), врачи применяют дефибриллятор, вслед за чем линия начинает показывать удары сердца. В действительности разряды применяют не при ровной, а при волновой линии на мониторе. При нарушениях работы сердца, а не при остановке.
— Вы можете сказать, скольких людей спасли от смерти за 2 года работы в Кинешме?
— Если твоя работа в этом и заключается, то не ведёшь в памяти какой-то счёт. Запоминаешь лишь иные случаи — когда человека спасти не удаётся.
— Почему вы выбрали специальность реаниматолога?
— Нас, реаниматологов, называют «адреналиновыми наркоманами». Мы так устроены внутренне, что не ищем спокойной работы и готовы постоянно биться за каждую жизнь. А «курок» у меня был спущен в те самые 2 года, когда после школы я работал санитаром в реанимации.
— Как вы отдыхаете после работы?
— Первым делом завариваю кофе и наливаю горячую ванную. Люблю петь. Узнал недавно, что в Кинешме есть караоке-бар. Думаю, скоро посетить.
— Любите петь?
— Впервые спел со сцены на осеннем балу в 6 классе. Исполнил песню «Белые ночи» российской группы «Х-миссия». В Плёсском колледже на 23 Февраля выступил с песней Алексея Гомана «Русский парень». На 8 Марта подготовил уже небольшую программу. В Иванове в студенческие годы исполнял «Отчего так в России берёзы шумят».
— Вам приходится слышать от пациентов или случайных людей на улице упрёки в духе «Понаехали тут»?
— Редко. Люди ведь разные и зачастую дело даже не во мне, а в них. К примеру, во время практики в ивановской поликлинике одна женщина принялась было высказывать мне: «А что, русских врачей у нас совсем не осталось?», — но у неё скорее было просто плохое настроение. Далее она высказала мне претензию в том, что я мужчина, а не женщина.
Если вы стали свидетелем какого-то происшествия или сняли на видео какое-то событие и считаете, что об этом должны узнать все, сообщите нам по телефону: 5-45-84 или +7(910)6680341, WhatsApp +7(910)6680341 или по электронной почте m.kozirev@168.ru. Гарантируем анонимность источника согласно законодательству РФ.
