Пять миллионов за шубу из единорога, секретные следователи с корочкой из магазина приколов и очереди в полицию из тех, кто «нигде не читал». Во всей этой кутерьме оказалась наша сегодняшняя героиня, И таких типажей героинь и героев в наше время, увы, без меры.
Самая глупая, но предельно правдивая фраза сегодня, может звучать так: «Мало кто в курсе про телефонных мошенников». В самом деле, если произнести эту фразу при многотысячной аудитории, то сказавшего освищут лишь единицы. Остальная масса будет угрюмо переваривать сказанное и тщетно искать в памяти ассоциации. Какие такие телефонные мошенники? Которые продают поддельные телефоны?
Невежеством этой массы и пользуются те самые мошенники. На всякий малый российский город приходится по несколько случаев в день. Много это или мало – несколько в день? Если учитывать, что мошенники работают без выходных, круглогодично и год за годом, то чудовищно много. Настолько чудовищно, что страшно за общество. В большинстве своём наши современники вообще не имеют привычки интересоваться новостной повесткой и учиться на ошибках других.
Но есть ещё одна фраза, смысл которой будет диковинным даже для грамотных в этом плане людей. Эта фраза звучит так: «Мало кто в курсе, что телефонные мошенники часто черпают сокровенные сведения о своих будущих жертвах от других, уже состоявшихся жертв».
Да-да. Попадётся какая-нибудь условная Галина Павловна на уловку мошенников, поверит, что её сбережения из шкафа засвечены в спонсировании террористов, отдаст их курьеру, а потом ей позвонят и скажут: «Хочешь вернуть потерянное? Мы вернём, если расскажешь о своих друзьях и знакомых. Нам надо знать, у кого из них наверняка водятся солидные суммы, и кто они сами такие».
Некоторые условные Галины Павловны ведутся и на это, сообщая про лучших подруг всё, что ни спросят на том конце телефона. Верят мошенникам, что те, действительно, вернут им похищенное, а потом, не получив ни копейки, сидят и думают: «Лишь бы Ира (Валя, Катя, Таня, Оля) не догадалась, что это я донесла на неё. Это от меня негодяи узнали, что её муж ещё в девяностые купил наугад норильские акции и накопил с тех пор столько, что хватило бы на несколько жизней. Теперь ни у Иры, ни у её мужа Славы не осталось ни гроша. Мошенники ошеломили Иру, когда представились оперативниками ФСБ, рассказали такие подробности жизни, о которых случайные люди знать не могут, а потом приказали срочно спасать накопления от выдуманных воров. Вот Ира и отдала им для «спасения». Как недавно я сама».
И таких случаев – не счесть. Только не с условными людьми, а с реальными. Таким, например, реальным и впоследствии несчастным человеком стала Анна Касаткина.
Полгода назад она вступила в наследство по двум квартирам от двух бабушек. Они умерли едва ли не одновременно.
Анна рассудила практично: «Зачем мне два бетонных пространства? Вон бабушки работали-работали всю жизнь, чахли в этих квартирах, а пожить-то и не успели. Продам обе!».
— Вика, я богатая! — похвасталась она потом подруге. — Теперь у меня пять лямов, и теперь я Рокфеллер в юбке. Поеду на Мальдивы, куплю шубу из единорога и заведу йорка, который будет какать трюфелями.
В глазах Вики горел тот самый огонёк, которым горят глаза у хомяка, увидевшего незапертую дверь. «Пять миллионов, — прошептала она в трубку вечером, Да, она доверчивая. Да, всё на счёте. Если я расскажу ещё больше подробностей о ней, вы вернёте мои тридцать тысяч?».
На следующее утро Анна красила ресницы, размышляла о разнице между Мальдивами и Курилами, и как раз в это время телефон взорвался мелодией. На экране высветилось: «Центробанк».
— Алло? — пропела Анна.
— Анна Сергеевна? — голос был бархатный. — Беспокоит служба безопасности банка. Только что была совершена попытка несанкционированного снятия пяти миллионов рублей. Это ваши сбережения?
Анна ненароком ткнула себе в глаз кисточкой. Пять миллионов! Те самые, за которые она продала бабушкины хрущёвки.
— Мои! — закричала она. — Не смейте снимать!
— Мы и не снимаем, — вздохнул голос. — Но чтобы спасти деньги, их нужно обналичить и передать нашей курьерской службе на хранение в спецячейку. Это срочно. К тому же на вас уже оформлен кредит на тайную покупку оружия для одной неприятной страны.
Анна бежала так, что из-под кроссовок, как из под колёс машины, отсреливали мелкие камни. В банке кассир трижды переспросила: «Вы уверены? Всю сумму?», — но Анна, вращая глазами, прошипела: «Делайте быстрее!».
Через час она вышла с рюкзачком, в котором хрустели пять миллионов рублей, и отправилась на соседнюю улицу, где её уже строгая женщина с красной корочкой из магазина приколов. Если бы Анна попросила рассмотреть поближе, то прочитала бы «Управление по управлению всеми управлениями».
— Следователь Попова, — представилась женщина. — Передавайте груз.
— А расписочку? — несмело спросила Анна.
— Расписочку? Давайте ещё к нотариусу запишемся на послезавтра.
Анна отдала рюкзак. Следователь сразу ушла во дворик, где её ждал синий «Логан» с тонировкой из мусорных пакетов.
Больше никто не звонил целую неделю. Потом ещё неделю Анна рыдала, но в полицию не шла. Хотела верить имела дело с порядочными людьми при официальных должностях.
Посреди третьей недели раздался звонок. Тот же голос.
— Анна Сергеевна, мы согласны вернуть вам треть или половину, но лишь за услугу. Расскажите, есть ли у вас богатые знакомые и друзья? Доверчивые? Ну, такие же умные, как вы?
— Была одна, Вика звать, но месяц назад сама попалась таким же, как ты, — сквозь слёзы выговорила Анна. – Она тогда, кажется, тридцать тысяч перевела, чтобы будто бы продлить срок действия мобильного номера. Погоди-ка… Она, что ли, рассказала про меня?
— Не спрашивайте, Анна Сергеевна. Мы своих людей не выдаём. Вам тоже готовы гарантировать конфиденциальность…
— Да пошёл ты! – крикнула Анна, бросив трубку.
Забегая вперёд скажем, что подруга так и не призналась Анне, что «слила» её. Впрочем, у Анны не осталось душевных сил, чтобы «колоть» Вику. Ей хватило сил лишь на то, чтобы пойти в полицию и написать заявление о хищении пяти миллионов рублей.
Пока Анна ждала своей очереди перед кабинетом следователя (в числе трёх таких же несчастных), она читала памятку на стене:
«Полиция региона обращается к гражданам с просьбой соблюдать меры предосторожности:
— Никогда не переводите и не передавайте наличные по требованию телефонных собеседников, даже если они называют себя сотрудниками банков или правоохранительных органов.
— Банк или полиция не будут просить вас снять деньги и передать их «на хранение» или третьим лицам.
— При подозрительных звонках перезвоните по официальному номеру организации (номер возьмите с официального сайта банка или ведомства), не пользуйтесь номером, который вам назвали звонящие.
— Сообщайте о подозрительных предложениях и фактах мошенничества в полицию (телефон экстренного вызова — 102; единый номер экстренных служб — 112) или в ближайшее отделение полиции».
Никто кроме неё не читал эту памятку. Один возрастной мужчина расхаживал по коридору и вслух рассуждал: «Ну и что, что мошенники и акции у них были ненастоящие? Мне без разницы. Мне нужно просто вернуть деньги и я уже наверняка вложу их в настоящие акции. Найду, где такие есть. Не дурак».
Молодящаяся женщина в это время говорила по телефону с мужем: «Да здесь я уже, здесь! Скажу, чтобы искали, но заявление писать не стану. А вдруг это были не мошенники, а я обижу их? Зачем портить отношения? Пусть полиция ищет, но без уголовного дела».
Третьим человеком в очереди перед Анной был парень с алыми щеками. Он ни с кем не разговаривал. Хранил какую-то тайну. Наверное, заказывал продажную женщину и его разорили требованиями о «предварительных взносах» и «страховках».
В кабинете сидел кто-то четвёртый. Анна слышала женские всхлипы: «А откуда я могла знать? Разве хоть где-то пишут об этом?»
(Имена и фамилии изменены)
Если вы стали свидетелем какого-то происшествия или сняли на видео какое-то событие и считаете, что об этом должны узнать все, сообщите нам по телефону: 5-45-84 или +7(910)6680341, WhatsApp +7(910)6680341 или по электронной почте m.kozirev@168.ru. Гарантируем анонимность источника согласно законодательству РФ.
