В XXI веке в Кинешме приятно ставить в пример XIX век как золотое время. Как некий временной эталон. Не зря же центральная экспозиция в кинешемском музее посвящена как раз Кинешме купеческой. Тут главное не отвлекаться от основного антуража на мелочи.
Перед нами сборник постановлений Кинешемского уездного земского собрания. Если конкретнее, то открыты страницы 36-37, на которых приведён отчёт «Восстановленiе кредита по смете расхода за 1885 годъ». Чего в отчёте больше, признаков хозяйственности или кромешной бедности, решать вам, друзья.
В документе значилось 3 пункта. В первом пункте шла речь о деньгах, «вырученныхъ отъ продажи старага леснага матерiала от моста подъ селомъ Семёновскимъ». Согласитесь, эта операция говорит о рачительности местный властей. Незачем было пропадать лесоматериалам.
Во втором пункте упоминались деньги «отъ Костромскаго губернскаго распорядительнаго комитета на квартированiе нижнихъ чиновъ наблюдательнаго состава жандармовъ». Тоже согласитесь, грамотное распределение средств. Наблюдательному составу следовало не только наблюдать, но и где-то жить. С жилым фондом в Кинешме и сейчас нелегко, а тогда всякий раз приходилось иметь дело с наймом частных квартир. Вот губерния и платила за то, чтобы политическая обстановка в Кинешме не давала поводов для нервотрёпки.
Третий пункт гласил о поступлении денег в Кинешемскую земскую больницу. В тот год они поступили от губернии, от кинешемского полицейского управления (такая помощь называлась «въ пользу благотворительныхъ учрежденiй»), а также от члена Кинешемской управы Михаила Бубекина. Михаил Яковлевич вручил больнице 1 тысячу рублей, «выданныхъ ему управою». То есть это были городские деньги, но куда же без чинопочитания! В бумаге следовало назвать досточтимое имя.
Заканчивался отчёт справкой о денежных поступлениях непосредственно «отъ конторы больницы». Речь шла о двух источниках.
Первый источник – «отъ продажи гробовъ, капусты и прочихъ вещей изъ больницы». Обращает на себя внимание капуста. Видимо, её выращивали при больнице же.
Второй источник – «за испорченную сиделкою оловянную кружку». Каким образом сиделка сумела лишить больницу кружки, в земском отчёте не сказано. Но факт есть факт, копеечный ущерб был посчитан, рассмотрен земством и запротоколирован наравне с тысячью рублей от Бубекина «выданныхъ ему управою».
