Лежит человек. Кому-нибудь нужен?

На следующий день после того, как Общественная палата РФ предложила разработать закон о защите бездомных, «168 часов» познакомились с бедолагой, которому такая защита ох как нужна. Он уже два месяца лежит под открытым небом и не встает.
На следующий день после того, как Общественная палата РФ предложила разработать закон о защите бездомных, «168 часов» познакомились с бедолагой, которому такая защита ох как нужна. Он уже два месяца лежит под открытым небом и не встает.
 
Звонок в редакцию, мягкий женский голос:
- Недавно вы писали о бомже со светлой душой, который построил себе домик под дамбой Кинешемки.
- Да, писали. С ним что-то случилось?
- Нет, не с ним. Просто есть еще один такой. Это «непьюшка», просит только на хлеб. Он живет на теплотрассе рядом с NN-ой школой. 
Что же, грех не познакомиться. Отправился я к NN-й школе, походил вокруг да около и вижу – идет. Еле ноги волочит. Взялся знакомиться, но тут же чувствую, что ошибся. И сердцем чувствую, и носом. Где, спрашиваю, приходилось раньше работать? А он как рассмеется… Похоже, что глупее вопроса ему слышать не приходилось. Вряд ли бы стали такого называть «непьюшкой». 
Стал я искать далее и нашел на самом, казалось бы, видном месте – чуть в стороне от центрального входа на территорию школы. Смотрю, среди оголенных труб теплотрассы шевелится что-то темное. Подошел, окликаю, а из-под драного пальто выглядывает человек. Трезвый. 
- Холодно, наверное, тут зимой и под открытым небом? – спрашиваю.
- Вчера замерз, - отвечает. - Сначала весь день шел дождь, а ночью сильный ветер дул. 
С Анатолием Бурмистровым (именно так зовут описываемого бродягу) мы познакомились в минувшую среду 17 февраля, то есть как раз на следующий день после того, как на центральную Россию обрушилась непогода. Вы, наверное, помните, как на протяжении всего вторника с неба хлестала вода, а ночью штормило и снежило? Согласитесь, даже не хочется представлять, как можно перетерпеть такие напасти без крыши над головой.
Между тем, Анатолий лежит рядом с NN-ой школой уже два месяца. С тех пор как перебрался со «Чкаловского», где его затравили другие бродяги. 
А что лежит-то, спросите, пусть бы шел калымить.  Отвечу: он обжог о трубу ступни и ходить не может. Потеряв еще 4 года назад все документы, в больницу он обращаться даже не пытается. Немного подержат, говорит, и – вперед! Такие клиенты системе обязательного медицинского страхования не очень-то нужны.
Правды ради надо сказать, что в травме ног виноват он сам. Употребил тогда суррогатного спирта для согрева, разулся, уснул и получил скверные ожоги. С тех пор отношения с алкоголем у него испортились, и если он просит у прохожих денег, то лишь на пропитание. Это подтверждают жители соседних домов.
Вообще же он в очень многом виноват. В начале 1990-х, будучи еще сильным 30-летним лбом, сел сперва за драку, а затем за кражу. В 1998 году освободился, приехал в Кинешму, а квартиры нет. Продала без его ведома сестра, единственный родной человек на земле. Продала и ушла в мир иной.
С той поры Анатолий мыкался, где попало. Работал же на «1-й фабрике», на «Красной Ветке», сантехником в одной из «управляшек», а с потерей документов потерялся сам. 
Я не давлю на жалость, отнюдь! Виноват, так пусть… нет, не скажу «пусть подыхает».  Лучше задамся вопросом: и куда ему теперь? Жить-то он хочет, только об этом и говорит.
Посторонние люди помогают ему, особенно двое – женщина, которая стесняется называть свое имя (именно она звонила в редакцию) и Сергей Демин, молодой мужчина. Первая кормит Анатолия, носит ему горячее, а второй тоже подкармливает и лечит ему ноги. Обрабатывает мазями и делает перевязки. 
Но это всего лишь отдельные люди, а может ли дать бедолаге хоть маленький шанс государство? Шанс не помереть уже в этом году.
Руководитель местного управления соцзащиты Нина Гущина поясняет, что единственная поддержка, которая в настоящее время возможна для таких, как Анатолий, заключается в следующем: человеку следует поехать в Иваново и обратиться в центр адаптации для лиц без определенного места жительства. 
Находиться в указанном центре человек сможет полгода, и за это время ему должны восстановить документы, с которыми он затем сможет обратиться во врачебно-трудовую комиссию. Если та сочтет, что его ноги совсем плохи и даст ему инвалидность, то у него появится право получать соответствующую пенсию и поехать жить в дом-интернат. 
Одно «но» - в ивановском центре адаптации человек может лишь ночевать. Жить там днем нельзя, а потому неходячему кинешемцу в Иванове будет весьма хлопотно.
Кстати сказать, 16 февраля, то есть буквально накануне нашей с Анатолием встречи, Общественная палата России предложила разработать закон о защите прав бездомных. Члены палаты указывают, что проблемой сейчас охвачено порядка 5 миллионов россиян и 80% из них – жертвы жилищных мошенников. 
Закон должен будет помогать развитию соответствующих центров адаптации, а также специальных государственных и церковных приютов. Кроме того, предполагается создать условия для привлечения бездомных к труду, например, вовлекать в работу сельскохозяйственных предприятий. 
И наконец, члены палаты указывают, что помимо жилья бездомные лишены конституционного права участвовать в выборах. Этот момент, пожалуй, меньше всего заботит таких, как Анатолий Бурмистров. Когда жизнь отмеряется даже не днями, а часами, вряд ли голова будет болеть о таком весьма абстрактном благе, как возможность голосовать. 
Так или иначе, а я спрошу: кинешемцы, есть у кого возможность и желание помочь человеку отправиться в ивановский центр адаптации и закрепиться там на полгода? Все-таки некоторые из нас уже хорошо научились спасать бездомных собак и кошек – больных, увечных, порою просто омерзительных на вид. А тут человек. И не самый пропащий.
 
P.S. В канун верстки номера, который вы сейчас держите в руках, мне стало известно, что на исходе субботы, то есть поздним вечером 20 февраля, Анатолия пришлось госпитализировать. Боль в ногах стала нестерпимой, и ухаживающая за ним женщина вызвала ему «скорую помощь». В настоящее время Анатолий лежит в отделении хирургии. Ампутацию ему делать не стали и это уже хорошо. 
Комментарии
Комментариев пока нет